Урянхай как символ воровства и смерти

По настоящему громко и внятно зазвучало слово «Урянхай», когда этим именем Шолбан-оол Иргит назвал сомнительным способом (хотя, скорее всего – рейдерским захватом) приобретённый в частную собственность мясокомбинат в городе Кызыле. Правда, и до этого название провинции Китайской империи пытались внедрить в сознание жителей Тувы. Сначала появился клуб собаководов с этим именем. Но под напором общественного мнения клуб пришлось переименовать. Затем с таким названием появилась газета. Но просуществовала она недолго. Были попытки создать с таким названием телекомпанию, но тогдашний лидер сепаратистов Бичелдей опередил событие, категорически выступив против, поскольку само название «Урянхай», по его мнению, является восстановлением исторической несправедливости, китайского рабства тувинцев и оскорбляет чувства национальной гордости жителей Тувы.

И вот мясокомбинат с именем периферии китайской империи начал победное шествие в Туве. Дружба владельца предприятия с Шолбаном Кара-оолом, его известная изворотливость и вороватость снискали ему славу флагмана тувинской экономики. А должность первого заместителя председателя правительства позволила Иргиту повернуть почти все финансовые потоки республики на банковские счета «Урянхая». Как монополист в своей отрасли, он стал диктовать цены на внутреннем рынке мяса. А заодно занялся строительным, транспортным, зерновым, угольным и туристическим бизнесом. На время госслужбы Иргита его место на мясокомбинате занял его родной брат и правая рука Монгуш Сергей Сочуевич.

Но в один прекрасный момент его деятельностью заинтересовались СМИ, в распоряжении которых оказались документы, подтверждающие фактически прямое финансирование комбината из бюджета путём погашения процентной ставки по кредитам в объёмах 148 млн. рублей за несколько лет. Это финансирование явно не соответствовало масштабам производства. Появились сведения о криминальном происхождении эффекта процветания производства. Следом достоянием общественности стали сведения о том, что «Урянхай» оплачивает туристические путёвки прокурорам и судьям. Затем выяснилось, что именно этот мясокомбинат безвозмездно отстроил Главе правительства Тувы нехилый коттедж.

Общую картину криминальности «Урянхая» дополнили сведения в СМИ о том, что в рамках расследования убийства в котельной «Урянхая» нашли несгоревшие останки человеческих тел. Сын Сочуевича со своим дружком тут же бросились в бега. И тут стало известно, что владелец мясокомбината однажды проронил фразу в том духе, что надо бы жить своим умом, а не заглядывать в рот «бледнолицым». У ФСБ лопнуло терпение, и на комбинате высадился десант органов безопасности. Оказалось, что предприятие широко занимается контрабандой мяса из Монголии – в столе директора обнаружили поддельные печати монгольского предприятия, якобы поставляющего «Урянхаю» мясо. Кроме того, чекисты обнаружили фиктивные договоры на закупку мяса в огромных размерах с работниками «Урянхая». Именно эти операции и позволяли с некоторой степенью видимой законности получать государственные субсидии за несуществующее или краденое мясо.

Операция по поиску доказательств разрабатывалась тайно. Знал о ней чрезвычайно узкий круг людей. Но она неожиданно провалилась: в ночь перед изъятием бухгалтерской документации в помещении конторы произошёл «пожар», «уничтоживший все следы». Выяснить, кто предал интересы государства, так и не удалось. Подозрения пали на первого заместителя прокурора, но доказать ничего не удалось. Однако спустя две недели неизвестные сдали «сгоревшую документацию» руководителю госналогслужбы Тувы Д. Кастырину. И следствие получило новый импульс. В ответ руководитель СКР по Туве Чудаан-оол по просьбе премьера Кара-оола возбудил уголовное дело в отношении группы сотрудников налоговой службы во главе с Кастыриным. Всех тут же арестовали, затем задержанных пришлось выпустить. Уголовное дело до сих пор не нашло своего подтверждения. Однако «Урянхаю» уже при новом руководстве Госналогслужбы по РТ, продавленным Кара-оолом, удалось снизить объём финансовых претензий с нескольких миллионов до 700 тысяч рублей и избежать уголовной ответственности руководства мясокомбината.

Понятно, что в условиях тотального расследования воровать на комбинате становилось всё труднее. Контрабанду и закуп ворованного мяса пришлось прекратить. А без этого «Урянхай» рентабельно работать уже не смог. Поразительно, но всего лишь три месяца честной работы оказалось достаточным, чтобы «Урянхай» сел на мель и прекратил свою деятельность, оставив огромные многомиллионные долги. ООО АПК «Урянхай» был объявлен банкротом. А в отношении хозяина комбината Ш.Иргита Главное следственное Управление ФСБ России возбудило уголовное дело по ст.159 УПК РФ – мошенничество. В Постановлении от 14 марта 2011 года начальник СУ ФСБ России вице-адмирал Терехов так и записал, что «11 сентября 2006 года на основании договоров поставки Иргит Ш.С. заключил с Кызылским отделением №8591 Восточно-Сибирского банка Сбербанка России договор об открытии невозобновляемой кредитной линии на сумму в 63 млн. рублей сроком на 1 год под 14% годовых с указанием фиктивной цели получения кредита – закупа скота для промпереработки. Согласно преступному замыслу, полученные кредитные денежные средства были распределены среди доверенных лиц, после чего последние вернули их на расчётные счета ООО АПК «Урянхай», либо обналичили и передали в кассу указанного общества». Иргит был осведомлён о том, что проценты по кредитам, полученным на закупку отечественного сырья для промпереработки, возмещаются федеральным бюджетом по уплате процентов по кредиту.

Иргиту за создание преступного сообщества грозил срок до 10 лет тюремного заключения, хотя суда над ним так и не было. После визита нашего знаменитого земляка к руководителю СКР дело по-тихому прекратили «за истечением срока давности». Уволенный было с должности первого заместителя председателя правительства РТ владелец мясокомбината «Урянхай» Ш.Иргит снова вернулся в правительство. Поговаривают, что счастливое избавление от уголовного дела стоило ему 400 миллионов...

Впрочем, мясокомбинат – не единственное совместное детище друзей Шолбанов – Иргита и Кара-оола. Их финансовая дружба простирается далеко за пределы переработки мяса. Именно поэтому Иргит снова в строю. И всё-таки над друзьями снова сгустились тучи. В своё время Иргит сумел по дешёвке (то ли за 1,5, то ли за 2 млн.) приобрести оборудование ковровой фабрики, закупленное когда-то Шериг-оолом Ооржаком по проекту «Гермес». Оборудование суперсовременное и в единственном числе в России. Фабрика кое-как, но работала, пока Иргит не положил на неё глаз. В итоге, как обычно, в руках виртуозного авантюриста производство встало. И тут Иргит решил заложить оборудование и получить в банке, филиалом которого руководил его родственник, солидный кредит. Сделка удалась. Но когда «Урянхай» лопнул, а на комбинате была введена процедура банкротства, директор Монгуш С.С. взял это оборудование на ответственное хранение.

Шло время, к оборудованию никого не подпускали. Монгуш всем рассказывал сказки, что ворота помещения, где хранится оборудование, специально заварены сваркой, чтобы никто туда не проник и не украл. И самое удивительное – в эту наивную версию все верили! Пока в Туву не нагрянула комиссия «Россельхозбанка», которая захотела лично убедиться в наличии залога. Какого же было ее удивление, когда ворота отворились... Всё как в фильме «Берегись автомобиля» – полное отсутствие ожидаемого наличия. Помещение оказалось абсолютно пустым – его много лет назад пронырливые хозяева обчистили, как завскладом в фильме «Операция Ы». Как говорится, волноваться не следует – всё давно украдено без вас. Так название «Урянхай» прогремело снова.

Конечно, сложно наперёд утверждать, чем закончится это дело. Наши правоохранители слишком любят деньги, чтобы ловить матёрых преступников. А у депутата Верховного Хурала Тувы С.С.Монгуша имеются и деньги, и высокие покровители. Не исключено, что наш знаменитый земляк, вспомнив, сколько хорошего ему сделал Иргит, снова прогуляется по известному адресу и уладит дело миром. В конце концов, что такое 60 млн. рублей для государственного «Россельхозбанка»? Там миллиардами воруют, и ничего.

Но сейчас я не об этом. Недавно премьер Тувы на стадионе «Хуреш» заявил о желании в очередной раз переименовать республику в «Урянхай». Что-то потянуло его во времена китайского владычества. А может, это ностальгия по не свершившемуся совместному с Иргитом проекту мясокомбинатовского владычества? А как же несгоревшие кости невинно убиенных в топке котельной? А как быть с махинациями несуществующего мяса? Да, выскользнул Иргит из незрелых рук следователей, да, сумел. Но воровство остаётся воровством, сколько бы следователи не брали взяток.

И в этом плане инициатива Кара-оола как никогда не к месту. Зачем напоминать тувинцам, что они в Урянхае китайской империи были рабами? Тинмей полжизни положил на то, чтобы утвердить мнение о 60 разбойниках, замученных китайскими чиновниками, как о настоящих тувинцах-богатырях, головы которых варварски были насажены на столбы вдоль дороги, ведущей в Пекин. А ведь он совсем не одинок. И тут премьер Кара-оол пытается вернуть память о китайском владычестве в Туве, вспоминая давно забытое рабское «Урянхай».

Впрочем, не исключено, что в данном контексте Китай тут и ни при чём. Просто Кара-оолу хочется как-то увековечить своё имя в истории Тувы, но он не знает, как. Сумел же Ооржак поменять Туву на Тыву! Время прошло, все привыкли, хотя смысла в этом не было никакого. Теперь пришёл черед Кара-оола вслед за гимном и обелиском «Центр Азии» поменять и имя республики. Ему, видать, и невдомёк, что след свой в истории можно оставить и другим способом – благоустроить города и сёла, проложить хорошие дороги, поднять экономику, сплотить население... Впрочем, на всё это нужны ум, воля, трудоспособность и желание работать для людей, чего Кара-оолу так не хватает. А название республики поменять на китайское – это как два пальца об асфальт – выдрессированным педросовским депутатам парламента дать указание – и дело «в шляпе»!

До встречи.

Кондрат Пчёлкин